Несмотря на то, что указанные инициативы Президента Украины В. Ющенко, на первый взгляд, имеют различные цели, их детальный анализ свидетельствует об обратном. Не будем брать на себя роль критика президентских законодательных предложений, в данном случае это неуместно. Однако попытаемся спрогнозировать, какие последствия для крымского информационного пространства будет иметь их реализация. Известно, что В. Ющенко направил в Кабинет Министров Украины письмо, в котором обращает внимание премьер-министра Юлии Тимошенко «на особенности общественно-политической ситуации в Крыму и негативное информационное влияние на регион, осуществляемое со стороны соседних государств». В связи с этим глава государства ставит задачу в двухнедельный срок обеспечить доступность в Крыму и в Севастополе общенациональных средств массовой информации, а также охватить горные поселки и отдаленные села Крыма общенациональными программами эфирного вещания.

Никто не будет спорить, что продуманная и эффективная информационная политика является одним из важнейших сегментов обеспечения национальной безопасности любого государства. По этому поводу гарант украинской Конституции заявил, что «национальное информационное пространство должно быть украинским. Это ключевое требование для развития нации. Наибольшая угроза национальной безопасности Украины — информационная экспансия иностранных государств».

Не возражаем. Но что измениться в сознании населения, если жители Крыма станут воспринимать информационный продукт не на русском, а на украинском языке? Получается, если мы слышим ТВ-передачи на языке соседнего государства, то в Крыму осуществляется информационная экспансия, а если мы услышим аналогичную информацию на украинском языке, то экспансии никакой не будет. Если определенные лица или организации заинтересованы в формировании выгодного им общественного мнения в Крыму, то совершенно не важно, на каком языке будет осуществляться подача соответствующей информации. Это азы проведения информационно-пропагандистских мероприятий. Усиленные меры по «украинизации» крымского масс-медийного пространства могут привести только к некоторому увеличению количества жителей, которые будут считать русский и украинский язык родными. Можно с уверенностью утверждать, что такой ситуации, когда жители Крыма станут переходить с разговорного русского на украинский, скорее всего, в ближайшем будущем не будет. Лучшее подтверждение этому — статистика. Например, если в 2006 году русский назвали родным 30,7% опрошенных респондентов (жителей Украины), то в прошлом — 25,7%. Только возникла такая неувязка — число говорящих на украинском языке не прибавилось и осталось на уровне 52%. А может быть разговоры об информационной экспансии соседних государств это только предлог для того, чтобы начать широкомасштабную промывку «мозгов» крымских избирателей накануне президентских выборов? В таком случае, некоторым представителям украинской власти просто необходимо найти «врага», который зомбирует население Крыма и мешает им сформировать правильное мнение о политике официального Киева. Значит, в этой ситуации нужно ограничить «вредоносное» информационное влияние недружественных субъектов. Что мы, скорее всего, и наблюдаем в настоящее время.

Представляется, что планы по разработке «правовых механизмов выявления, фиксации, квалификации, блокирования и удаления из украинского сегмента сети Интернет информации, распространение которой запрещено законодательством Украины» являются логическим продолжением попыток ограничить внешнюю «информационную экспансию». Мы уже привыкли к тому, что практически любой законодательный акт можно трактовать двояко, что часто используется чиновниками в своих интересах. Член Интернет Ассоциации Украины (ИнАУ) Александр Ольшанский по этому поводу отметил, что «расплывчатые формулировки украинского законодательства и возможность их расширенного толкования чиновниками действительно могут привести к тому, что из украинского Интернета может быть изъята любая неугодная власти информация». Вот только каким образом уполномоченные на «чистку» Интернета органы будут осуществлять «фильтрацию» неугодных сайтов? В украинском сегменте Интернета размещено «необъятное» количество сайтов, просмотреть которые (даже с использованием современных поисковых систем) на предмет наличия запрещенной законодательством Украины информации чрезвычайно трудно. И с учетом этого, выполнение подобных мероприятий превратиться в очередной фарс. Хотя, что касается Крыма (как одного из неугодных Киеву регионов), активность по зачистке Интернета здесь может быть показательно высокой.

А что официальные власти получат в итоге? Недоверие со стороны населения, предельно низкие рейтинги популярности или необходимость объяснять свои действия перед европейскими правозащитными организациями? А вопросы у международных структур вполне могут возникнуть, поскольку реализация обеих инициатив руководства страны в информационной сфере может быть интерпретирована (так же, как украинские чиновники привыкли двояко интерпретировать законы Украины) как несоблюдение статьи 10 Европейской Конвенции прав человека, ратифицированной Украиной: «каждый человек имеет право на свободу выражения своего мнения». Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без вмешательства со стороны государственных органов и независимо от государственных границ. Прецедент этому уже есть. Например, в апреле 2008 года депутаты Николаевского городского совета направили обращение в Парламентскую ассамблею Совета Европы с жалобой на Национальный совет по ТВ и радиовещанию, который выдвинул требования по «адаптации» российских каналов, транслирующихся в сетях кабельного ТВ. Таким образом, подобного рода информационные инициативы Киева могут выйти «боком» как Крыму, так и Украине в целом.