Для некоторых украинских национально ориентированных политиков русскоязычное население Крыма всегда было мощным раздражителем и действовало на них как красная тряпка на быка. А конкретнее, беспокойство национал-патриотов вызывает слабый уровень использования в автономии украинского языка и нежелание русскоговорящих граждан Крыма использовать его в повседневном общении. Но если до недавнего времени усилия указанных политиков по решению данной проблемы ограничивались только демагогическими заявлениями, то теперь ситуация, похоже, принимает неблагоприятный для русскоговорящих крымчан характер. Высокопоставленные киевские политики развернули мощную информационную кампанию по дискредитации русского языка, который теперь воспринимается ими как прямая угроза национальной идентичности. Показательным в этом плане является недавнее заявление представителя Украины в Совете ООН по правам человека Владимира Василенко, который отметил, что принятие русского языка в качестве второго государственного на Украине – "это инструмент вытеснения украинского языка, уничтожения украинской нации и украинского государства". Логика железная. Только вот кому понадобилось вытеснять украинский язык непонятно, да и зачем. Поставить конкретного гражданина в определенный языковой барьер и навязать ему необходимость общаться на языке, на котором он не хочет общаться, практически невозможно. Это относится и к гражданам, которые говорят только на украинском, или только на русском языке. Так что подобные заявления вообще не несут никакой смысловой нагрузки.

Но разве отсутствие логики когда-либо волновало деятелей от большой политики? Даже в период визита в Украину экспертов Комитета Европейской хартии региональных языков или языков меньшинств их настойчиво уверяли, что ситуация в языковой сфере на Украине самая что ни на есть благоприятная. Например, пресс-секретарь МИД Украины Василий Кирилыч отметил, что "русский язык как язык национального меньшинства в Украине имеет широкие возможности для функционирования, и это закреплено национальным законодательством Украины". Но это только в теории. Сейчас крымская общественность является свидетелем активного вытеснения русского языка. Так, в конце мая 2008 года глава Государственной службы кинематографии Анна Чмиль заявила, что с июня в Украине все фильмы украинского производства будут демонстрироваться исключительно на украинском языке, и даже ленты украинских режиссеров, снимающих картины на русском языке. Более того, по требованию Национального совета по телевидению и радиовещанию с 1 сентября 2010 года квоты украинского языка в эфире будут доведены до 85%. Это можно называть как угодно — отстаивание национальных интересов или украинизация русскоязычного населения Крыма, кому как удобнее. Но факт остается фактом. Некоторые украинские стратеги целенаправленно пытаются ограничить сферу использования русского языка. И этим же они фактически перечеркивают один из основных принципов демократического общества — свободный доступ к информации и свобода слова. Так, официальному Киеву пришла "гениальная" идея исключить из системы кабельного телевидения Украины программы российских телеканалов. По мнению киевских чиновников, авторы российских передач осуществляют "сознательное манипулирование фактами", когда освещают ситуацию в Украине и в Крыму. Нашим политикам, конечно, виднее. Но, а как тогда насчет свободы слова? Проще говоря, уровень креативности киевских политиков явно не соответствует текущей ситуации. И сейчас Украина рискует оказаться под шквалом критики международной общественности, если до сведения зарубежных правозащитных организаций будет доведена объективная информация о ситуации в сфере языковой политики в нашей стране. Ведь предпосылки к этому есть.

В конце мая МИД РФ выразил обеспокоенность возможным исключением из системы кабельного телевидения Украины программ российских телеканалов. По мнению российского внешнеполитического ведомства, «такие шаги, если они будут предприняты, представляют собой нарушение соответствующих положений российско-украинских договоренностей о сотрудничестве средств массовой информации двух стран и не отвечают добрососедскому и дружественному характеру наших отношений». Россия будет «добиваться, чтобы на Украине в соответствии с национальным законодательством и общепринятыми международными стандартами соблюдались демократические нормы при обеспечении конституционного права граждан — на свободный выбор источников информации», — отмечается в сообщении министерства. Наверное, никто не будет спорить, что у России имеется широкий арсенал средств по лоббированию своих интересов на международном уровне и в случае необходимости, российская сторона сможет сформировать среди представителей зарубежных правозащитных организаций необходимую ей точку зрения на проблему русского языка. Все будет зависеть от того, насколько жесткими будут действия официального Киева в отношении дальнейшего сужения сферы использования русского языка в крымском информационном пространстве. Но, в любом случае, ажиотаж вокруг этой проблемы нам обеспечен, поскольку определенные политические силы демонстрируют недвусмысленную заинтересованность попиариться на языковом вопросе. Так, депутаты ВР АРК от БЮТ зарегистрировали проект обращения к главе Национального совета Украины по вопросам телевидения и радиовещания В. Шевченко с требованием отказаться от украинизации информационного пространства полуострова.

Не будем тешить себя надеждами, что адресат этого обращения кардинальным образом изменит подход к решению проблемы. У нас многие политики работают по схеме "главное — это вовремя сказать". Хотя в этой идее есть своя изюминка. Если киевские чиновники развернули информационную кампанию против русского языка, то можно аналогичным образом "засыпать" все киевские инстанции ответными петициями с жалобами на ущемление конституционных прав русскоязычного населения Крыма.