Однако при этом он до сих пор остается нардепом. Как удается «совмещать» политику эти две ответственные должности, он рассказал в эксклюзивном интервью корреспонденту ForUm’a.

— Геннадий Геннадьевич, Вы сейчас в Крыму. Как себя чувствуете на «новом» месте?

— Знаете, в моем случае можно перефразировать слова Николая Островского о том, что жизнь человеку дается один раз и ее надо прожить в Крыму. Я такого принципа придерживаюсь и этому рад.

— Что уже успели сделать в новой должности из того, что запланировали? Помнится, Вы собирались навести в Крыму порядок.

— Собственно говоря, мы хотим, чтобы Крым был таким же самым субъектом украинской государственности, как и остальные 26 региона.

Чтобы тут не было, как у Ленина – «законности казанской, законности калужской»: во всей Украине говорят одно, а в Крыму - другое, считая, что законы, принятые в государстве, ему не писаны.

Я считаю, что все должны жить по одному закону, а действия закона, повторюсь, распространяется на все административные субъекты Украины. Так что, как видите, планы большие.

— «Бравые ребятки» из крымского криминалитета «не подъезжали» еще?

— Да не-ет… Я всегда им говорю: «Между нами, ребята, нет противоречий, кроме одного – по земельному вопросу. Вы меня хотите видеть в гробу, а я вас. А по остальным вопросам, я думаю, все будет нормально».

— Луценко советует Вам, оставаясь на новой должности, не складывать депутатские полномочия. Это как?

— Это как всегда. Ваши коллеги, которые любят все самое «сочное», вырвали кусок из контекста и перекрутили. Вопрос был в том, что я лично - Вы можете зайти на сайт ВРУ и посмотреть, вхожу в «пятерку» людей, подавших за время своего депутатства больше всего законопроектов. То есть в парламенте я занимался тем, чем и должен заниматься представитель законотворческой деятельности.

А есть такие депутаты, которые за все время не только ничего не написали, но даже и с места не передали слово кому-нибудь, так вот Луценко сказал, что как раз таким «кнопкодавам» и надо было бы в первую очередь сдать полномочия, потому что от них никакого толку нет – только места занимают. А потом уже, мол, очередь дойдет до вас, вы этого и добивайтесь. А я что могу в этом вопросе добиваться? Тут ничего невозможно, потому что нет оценки эффективности работы народного депутата – вот это плохо.

Есть такие депутаты, которые сидят по шесть созывов и, кроме того, что деградировали, ничего больше не сделали, но зато от них такой важностью веет, что к ним просто так и не подойдешь.

Я далек от мысли, что все законопроекты, которые пишет депутат, принимаются парламентом, но они хотя бы создают какое-то движение – происходит обсуждение на страницах прессы, в сессионном зале, в комитетах.

В конце концов, эта проблема недееспособности находит свое решение, но ведь кто-то должен начинать. Вот в таком контексте был разговор, ну а то, как написали, пускай останется на совести первоисточника.

— Геннадий Геннадьевич, а может все-таки стоило остаться нардепом? Вы все-таки немало сделали в этом должности. И потом должность депутата не зависит от смены правительства.

— Вы знаете, я лично читал закон «О статусе народного депутата» и там черным по белому написано: «Не имеет права иметь никакой другой оплачиваемой работы».

— Это так.

— Так вот, я написал г-ну Луценко письмо и он его утвердил, согласно которому я в МВД за свою работу не получаю ни копейки.

— Вы хотите сказать, что должность главного милиционера Крыма, заместителя министра внутренних дел что-то вроде хобби?

— Да, я работаю бесплатно, на общественных началах. Несмотря на то, что на сегодняшний день зарплата заместителя внутренних дел гораздо больше, чем зарплата народного депутата. И я не хочу, чтобы в парламент ходили с СБУ и на меня составляли какие-то протоколы.

Служебная машина, которой я пользуюсь, у меня в аренде, я за нее плачу и не беру ни командировочные, ни зарплату, ни премии – что там еще положено? А, ко мне пришли и сказали, что положили на баланс рабочего телефона пятьсот гривен, а я сказал: «Ничего мне не надо».

— Ну, надо же…

— Ну, а что? Сегодня же парламент не работает, какие-то юридические вопросы решать невозможно. Друзей у меня почти нет, а враги исчисляются миллионами, и, конечно, кому-то обязательно захочется сделать пакость, но я научен жизнью и поэтому в этом случае себя давно упредил. Например, как уже говорил, составил на служебную машину договор, и ежемесячно буду вносить в кассу положенные деньги за ее аренду.

— В общем, мандат вы отдавать не хотите, я правильно понимаю?

— Я работаю на общественных началах в силу обстоятельств и отсутствия сегодня парламента. Я могу, конечно, принести заявление и сдать его прапорщику на входе, но мне кажется, что и его там уже нет – все в отпусках.

— Все придут на следующей неделе.

— Вот с момента начала работы парламента я и буду все решать в соответствии с действующим в Украине законодательством. Но чтобы за тот период, пока этот вопрос не решен – а Вы знаете, что бюрократические вопросы у нас решаются не в один день, и чтобы потом мне никто не говорил, что я у нашего родного государства что-то украл, я себя обезопасил. Так что пока не будет решен вопрос с моим депутатством я буду работать в МВД поскольку в статье третьей закона «О статусе народного депутата» написано - не имеет права иметь другую оплачиваемую работу. Ну, а насчет работы на общественных началах – пожалуйста, сколько угодно.

Когда я был советником министра, никто же не кричал на меня, мол, давайте, сдавайте мандаты. Я там тоже не получал ни копейки.

— А вообще дальше политикой заниматься будете?

— Ну, почему же нет? Может, в каком-нибудь космическом агентстве должность замминистра внутренних дел неполитическая, но у нас в компетенции МВД все, что происходит внутри страны. А уж в Крыму, где масса всяких движений, митингов, демонстраций и маршей несогласных, от политики вообще никуда не деться.

Лера Нежина, «ForUm»